Страница 2.1.Кадры ВЧК-ОГПУ 17-26гг.
Кадры ВЧК-ОГПУ-НКВД в 1917-1926гг
Назначая Ф.Э. Дзержинского на один из важнейших государственных постов в первом составе Советского Правительства, Председатель Совнаркома В.И. Ленин исходил из того, что еще в подпольный период при царизме Ф.Э. Дзержинский успешно вел борьбу с царской охранкой и обладал известным опытом контрразведчика. Кроме того, всей Партии была известна глубокая принципиальность, личное мужество, абсолютная честность, вытекающая из его принципиального бескорыстия.

Будучи выходцем из обрусевшего польского дворянского рода, Ф.Э. Дзержинский, в частности, не способствовал концентрации в ЧК лиц польской национальности.
Кроме известного еще по временам подполья революционера В.Р. Менжинского, который являлся первым заместителем и стал преемником Ф.Э. Дзержинского после его смерти, известны лишь считанное количество чекистов польского происхождения, например, уполномоченный ОГПУ в Закавказье чекист Реденс, женатый на сестре жены И.В. Сталина.

Под руководством этого чекиста начинал свою работу в ОГПУ молодой Л.П. Берия, который сумел выжить своего менее коварного начальника с Кавказа и сам угнездился в его должности.
Тот факт, что основателю ВЧК-ОГПУ Ф.Э. Дзержинскому не было свойственно концентрировать в аппарате своего ведомства своих единоплеменников, служит еще одной положительной характеристикой его политической деятельности.


В то время кадры ЧК формировались из революционных матросов, красногвардейцев, большевиков с подпольным стажем, в большинстве своем великороссов, украинцев, белорусов, с заметной прослойкой латышей. Вопрос о концентрации в ВЧК-ОГПУ лиц какой-либо одной некоренной национальности не стоял, и национальный состав органов примерно соответствовал составу населения России и СССР.
Не обошлось, однако, и без ошибок.

                        НАЦИОНАЛЬНАЯ Г.Г.ЯГОДА

В 1919 году при исторически невыясненных обстоятельствах Ф.Э.Дзержинский санкционировал прием, причем сразу на руководящую должность одного из своих заместителей, Г.Г. Ягоды, дальнего родственника, мужа племянницы Якова (Янкеля) Михайловича Свердлова. Вероятнее всего, Я.М. Свердлов лично настоятельно хлопотал об устройстве своего родственника на видный пост в ВЧК-ОГПУ.

Поскольку Г.Г. Ягода в дальнейшем сыграл отрицательную роль в работе ОГПУ СССР и, в частности, всячески способствовал наполнению аппарата ОГПУ своими единоплеменниками (Г.Г. Ягода по национальности был “польский еврей” - так он собственноручно писал в своих анкетах),  необходимо подробнее остановиться на этой личности, что нельзя сделать, не освещая одновременно историю семьи Свердловых.

Нижегородский гравер-частник еврей Михаил Свердлов (отец Якова Михайловича Свердлова) с конца XIX века обслуживал в своей мастерской нужды революционных организаций (гравировка печатей, клише и т.п.). Он находился в связи с этим под надзором Нижегородского жандармского управления. В первые годы XX века им был принят в качестве ученика гравера молодой сын нижегородского провизора Генрих Генрихович Ягода. В некоторых источниках истинное имя и фамилия Ягоды определяется как Гершель Гершелевич Иегуда ( в переводе с иврита - Иуда).

История взаимоотношений ученика и мастера драматична: до революции ученик дважды обкрадывал своего мастера, скрывался от него в других городах, где пытался открыть “свое дело”. В обоих случаях семья Свердловых в полицию не обращалась, учитывая свои связи с революционными кругами и боясь разоблачений и репрессий.
В обоих случаях Г.Г. Ягода с позором возвращался к мастеру, просил прощения и опять трудился в граверной мастерской Свердловых.

После второй кражи и второго примирения со Свердловым - старшим, юный гравер Г.Г. Ягода для укрепления семейного союза женился на внучке Михаила Свердлова (она же племянница Якова Свердлова) Иде Авербах.
После этого трения в семье окончились, и в 1918 году Яков Михайлович Свердлов устроил своего родственника Г.Г. Ягоду в органы ВЧК, хотя в это время гравер Г.Г. Ягода никаких собственных революционных заслуг не имел, как не имел и опыта оперативной чекистской работы.
Сам Г.Г. Ягода считал себя членом семьи Свердловых.
Мало того, он считал себя членом семьи А.М. Горького на том весьма хлипком основании, что другой сын Михаила Свердлова - Завель (которому при принятии им православия было присвоено имя Зиновий) был (после разрыва с отцом - Михаилом Свердловым - на религиозной почве) усыновлен А.М. Пешковым (Горьким) и с тех пор был известен в семье как Зиновий Пешков (А.М. Горький был его восприемником при православном крещении).


Это искусственное “родство” сделало в 30-е годы Г.Г. Ягоду вхожим в семейство А.М. Горького, где он, на правах родственника, проводил много времени.
Отсюда вытекало и обвинение Г.Г. Ягоды в отравлении А.М. Горького и его сына Максима Пешкова.
Приведенные здесь довольно запутанные обстоятельства изложены в источнике(3), автор которого Б. Бажанов был в 20-е годы близко знаком с молодым поколением семьи Свердловых.

Отсюда видно, что Я.М. Свердлов, желая “порадеть родному человеку”, подсунул Ф.Э. Дзержинскому весьма сомнительный по своим моральным качествам кадр,
а сам Дзержинский почему-то поспособствовал этой типично “блатной” операции трудоустройства Г.Г. Ягоды, который не имел и не мог иметь никаких особых заслуг перед РКП(б) и вряд ли мог претендовать на пост второго зампреда ЧК по своим деловым и политическим качествам.


Как известно, репрессированные по “Бухаринскому процессу” сейчас реабилитированы - все, за исключением Г.Г. Ягоды, на совести которого немало преступлений. Моральный облик этого “чекиста” хорошо характеризуют его поступки.

Войдя в начале 30-х годов в силу и власть, Г.Г. Ягода предвосхитил известный “Бериевский синдром” - охоту на женщин. В 1932/33 гг., уже как руководитель НКВД, он увлекся женой дипкурьера Селиванова - Ниной Селивановой. Сам дипкурьер был тут же схвачен, обвинен в шпионаже в пользу Германии и расстрелян. Несколько позже Г.Г. Ягода “положил глаз” на сотрудницу ОГПУ Надежду Пешкову - жену сына А.М.Горького Максима. И тут же Максим Пешков - этот здоровый молодой человек, спортсмен - внезапно умирает к великому горю отца - А.М. Горького.
До этого в 1933 году умер начальник Г.Г. Ягоды - В.Р. Меньжинский, расчистив ему путь наверх.
Учитывая, что в это время Г.Г. Ягода завел в составе ОГПУ-НКВД специальную лабораторию по разработке ядовитых препаратов, можно предположить, что именно эти, лично нужные ему, смерти были неслучайны. Остальные обвинения в “отравлении” Куйбышева, Горького и др., скорее всего, были приписаны Г.Г. Ягоде инициаторами “Бухаринского процесса”, ибо личного интереса Г.Г. Ягоды в смерти Горького, Куйбышева и др. не просматривается.
Как следует отсюда, по ходатайству Я.М. Свердлова и удивительному недосмотру Ф.Э. Дзержинского к ответственной работе начальника всех спецслужб СССР пробрался Г.Г. Ягода - человек, не имеющий никаких политических заслуг перед Партией до Революции, принципиальный циник, вор, убийца и прелюбодей.
Принцип Ф.Э. Дзержинского “У чекиста всегда должна быть холодная голова и горячее сердце, преданное делу Партии” в данном случае был нарушен.

На
жмите кнопку "2.2 ИЕГУДА Г.Г.", чтобы  познакомиться с этим мерзавцем.