Страница 2.3. ОГПУ при Ягоде Г.Г,
Изменения в кадрах ОГПУ и НКВД в бытность Г.Г.Ягоды
заместителем председателя ОГПУ и Наркомом внутренних дел СССР.

Уже в первый период своей деятельности на ниве спецслужб СССР Г.Г.Ягода, в качестве заместителя их руководителя, всячески способствовал наполнению этих служб лицами одной с ним национальности. Он поощрял клановость и землячество, устраивал в органы и членов своей семьи (например, сына Я.М. Свердлова - А.Я. Свердлова, упомянутой выше Надежды Пешковой).
Первым помощником Секретно-оперативного Управления ОГПУ, которое курировал лично Г.Г. Ягода, он назначил одесского чекиста Т.Д. Дерибаса.

Важнейший в ОГПУ иностранный отдел(внешняя разведка) последовательно возглавляли (с подачи Г.Г. Ягоды) чекисты-евреи Трилиссер, Артузов, Слуцкий и Шпигельгласс (организатор убийства Л.Д. Троцкого (Бронштейна) в Мексике), Пассов и Деканозов.

На должность начальника специально заведенной Г.Г. Ягодой “химической лаборатории ОГПУ” (составление смертельных ядов и токсических составов длительного действия) был назначен еврейский специалист (и, по совместительству, отравитель) полковник Майрановский, который на уголовном суде по его делу (1954 год) прямо показал: ”Какие судебные приговоры, мне указывали пальцем кого надо изъять, я и изымал, то есть отравлял разработанными лабораторией средствами”.
(Сталин уже умер!, но все равно виноват... авт.)

Начальником фотолаборатории ОГПУ был назначен
Гессельберг, главбухом ведомства - Берензон.

После “передачи дел” Г.Г. Ягодой - Н.И. Ежову, последним был арестован чекист-полковник
Шварцман из следственной части НКВД. Этот офицер был обвинен в создании непосредственно в генеральном аппарате НКВД (г. Москва) террористической сионистской организации.

Дело было в далекие 30-е годы, когда государства Израиль еще не существовало, но сионистское движение уже развивалось и было неплохо организовано.

Будучи “допрошен”, полковник
Шварцман с ходу назвал тут же тридцать(!) фамилий чекистов-евреев, которые якобы состояли в его организации.

Таким образом, вопрос о том была ли организация в составе НКВД остается открытым (эту организацию мог выдумать и следователь), а вот тот факт, что в центральном аппарате НКВД “трудились” 30 евреев-чекистов сомнению не подлежит.

Лично руководя работой Главного Управления Государственной безопасности ОГПУ-НКВД, Г.Г. Ягода назначил своим первым заместителем в этой важной области небезызвестного Я.С. Агранова (Сорензона), который и дал ему впоследствии уничижетельную характеристику (авт.).
Я.С. Агранов - это тот самый следователь, который одним росчерком пера единолично “присудил” к расстрелу русского поэта Н.С. Гумилева (1921г. Руководил государством Ленин) и который упорно навязывал свою “дружбу” другому великому поэту - В.В. Маяковскому.

В общем, зная, с кем он имеет дело, В.В. Маяковский почтительно величал этого “друга русской поэзии” “Агранычем”.
Кстати, Ягодовским сотрудником ЧК-ОГПУ был и небезызвестный “покровитель” В.В. Маяковского -
Осип Брик, который, пользуясь своими связями в ОГПУ, воспрепятствовал выдаче паспорта Маяковскому для очередной поездки в Париж, чем расстроил планы поэта на женитьбу на русской эмигрантке - Татьяне Яковлевой, дочери царского инженера-полковника Яковлева, выехавшего во Францию еще в 1908 году.
По версии некоторых литераторов, эта трагедия (Татьяна, не дождавшись Маяковского, вышла замуж за князя Радзивилла) и послужила причиной самоубийства поэта.


Еще в 1924 году Г.Г.Ягода вошел в состав Особого совещания ОГПУ, которое имело права высшей судебной инстанции, выносящей приговоры без права обжалования.( Сталин еще не вхож даже в основную руководящую обойму страны!)

Насколько упорно был Нарком Г.Г. Ягода привержен идее насыщения кадров спецслужб СССР своими единоплеменниками, хорошо показывает исторический эпизод вторичного приема в кадры ОГПУ на ответственную должность известного эсера
Я. Блюмкина.

Я. Блюмкин до 1918 года работал в ВЧК от союзной в то время с РКП (б) партии левых эсеров. По должности ему был поручен надзор за деятельностью германского посольства.
Выполняя нелегальное поручение руководителя партии левых эсеров Марии Спиридоновой,
Блюмкин, пользуясь своим служебным доступом в Посольство, организовал террористический акт - убийство германского посла в РСФСР графа Мирбаха с целью спровоцировать Германию на военные действия против ослабленной еще России, вопреки Брестскому Миру.

По этому же сигналу левые эсеры подняли вооруженный мятеж в Москве и Ярославле, в частности, сумели арестовать Ф.Э. Дзержинского.
Таким образом, Я. Блюмкин был зачинщиком и исполнителем крупнейшей политической провокации против Советской власти, поставившей Совет народных Комиссаров и ЦИК в критическое положение.
Благодаря политическому искусству В.И. Ленина мятеж левых эсеров был подавлен, однако во время его подавления (особенно в Ярославле) было пролито много крови, о чем современные израильские идеологи “очень сожалеют по соображениям гуманности”, видимо, забывая, кто именно затеял дело и пролил в Москве кровь иностранного дипломата.

За эту контрреволюционную вылазку Я. Блюмкин был объявлен ЦИК РСФСР (
по предложению Я.М. Свердлова) вне закона.
Пару лет этот эсеровский террорист скрывался от правосудия в эсеровском подполье.

Затем, не видя иного выхода, он “
явился с повинной в ОГПУ” (ЧК уже была реорганизована), передал ОГПУ все известные ему материалы о деятельности подпольной уже в то время партии левых эсеров (т.е. иными словами продал своих сообщников) и .... попросился назад на работу в ОГПУ РСФСР.
Его ходатайство горячо поддержал Г.Г. Ягода. В итоге Я. Блюмкин был “прощен” и опять стал “служить” Советской власти сначала в Грузии, где, по заключению самого же ОГПУ, " проявил излишнюю жестокость”, затем в Монголии, где опять из-за “злоупотребления расстрелами  был отозван в Москву. Несколько позже Коллегия ОГПУ направила Блюмкина резидентом на Ближний Восток.

Однако предательство въедается в характер человека, Блюмкин должен был предать и в 1929 году предал руководство ОГПУ, завязав нелегальную связь с высланным в Турцию Л.Д.Троцким. Только после этого Г.Г.Ягода вынужден был дать санкцию на наказание предателя - Я.Блюмкин был расстрелян.

Вторичный прием левого эсера Я. Блюмкина на ответственную работу в ОГПУ и вся его дальнейшая карьера лежит целиком на совести Г.Г. Ягоды. Этот эпизод иллюстрирует, как клановая приверженность к людям своей национальности безотносительно к их моральным, политическим и деловым качествам приносит вред делу.

Прием Блюмкина вторично в кадры ОГПУ имел и другие последствия: Блюмкин, как и Ягода, потащил своих единоплеменников в ОГПУ на более мелкие должности. В 1924 году в Одессе проворовался и был исключен из партии завхоз кавалерийского полка - двоюродный брат Я. Блюмкина некий Аркадий Романович Максимов (на самом деле Айзек Биргер).

Незадолго до развала СССР они будут это делать почти поголовно.


Вторично укоренившись в ОГПУ, Я. Блюмкин обратился к начальнику административного Управления ОГПУ Флекснеру с просьбой устроить А. Биргера на “хорошую работу”. Появилась резолюция Г.Г. Ягоды “Принять”.

Прохвост был принят на “чекистскую работу”, как и Я. Блюмкин, восстановлен в ВКП(б), и стал требовать “ответственных поручений”.


Поручение тут же было выдано - негласное наблюдение за работой и жизнью ответственного технического секретаря ЦК ВКП(б) Б. Бажанова. Иными словами, вместо борьбы с контрреволюцией сотруднику ОГПУ вменялось в обязанность косвенное “наблюдение” за работой ЦК ВКП(б). И кому вменялось это наблюдение?! Исключенному из Партии бывшему вору, рекомендованному в аппарат ОГПУ бывшим эсером, провокатором и террористом Я. Блюмкиным, его родственником! Вся история Я. Блюмкина и его прихвостня подробно изложена в источнике (3).

Такого рода полублатной прием новых “чекистов” на ответственные должности характерен для времен правления ОГПУ и НКВД Г.Г. Ягодой.

Это очень опасная система комплектования кадров. Приходится привести еще один конкретный пример.

В начале 20-х годов Г.Г. Ягода рекомендовал кадровой службе ЦК ВКП(б) на должность личного секретаря-референта к “одному из членов Политбюро” двух своих “земляков” : некоего Г. Каннера и широко известного в дальнейшем Л.З. Мехлиса( редкий подонок, проявивший себя расстрелами командиров КА в начальный период ВОВ. авт.). Оба были оформлены непосредственно в секретариат И.В. Сталина.

Далее дело развивалось по принципу “цепной реакции”: Л.З.Мехлис тут же принимает к себе “помощниками секретаря” некоего Маховера и некоего Южака.
Последний оказался троцкистом: он регулярно изымал из стола Л.З. Мехлиса данные о ходе голосования против мнения ЦК ВКП(б) в первичных парторганизациях (по вопросу о троцкистско-зиновьевском блоке) и передавал их непосредственно Л.Д. Троцкому.

Второй “секретарь” Г. Каннер берет к себе “помощником” чекиста, некоего Бомбина (Шмуль Зомберг), который, надо полагать, тоже “наблюдал” за работой Политбюро.
Так, цепляясь друг за друга и тщательно сохраняя свою монополию, заполняли органы ЧК-ГПУ-НКВД и другие “руководящие высоты” все новые и новые соплеменники всесильного Г.Г. Ягоды.

Беда была бы меньше, если бы речь шла о проверенных подпольем идейно убежденных евреях - коммунистах. Однако “кадровая политика” Г.Г. Ягоды была направлена на

укомплектование ОГПУ людьми типа Блюмкина, Флекснера, Мехлиса, Биргера и т.п., был бы еврей, а остальное приложится
.

Нажмите кнопку 2.4, что бы перейти к странице - Конец Иуды.